Суд взыскал 20 миллионов рублей с банка после кражи со счета вкладчика
Недавний случай показывает, что опасности могут исходить не только от внешних преступников, но и от людей внутри банковской системы, включая высокопрофильных сотрудников. В 2019 году вкладчик передал более 10 миллионов рублей в один из банков, воспользовавшись депозитным продуктом и получив банковский ордер в подтверждение сделки.
Однако в декабре 2020 года, когда клиентом было решено забрать деньги и полученные проценты, банк отказался возвращать средства, заявив, что вклад даже не открыт на имя клиента. Сотрудники банка утверждали, что информация о депозите полностью отсутствует в их системах, а вкладчик никогда не обслуживался.
Внутреннее расследование установило, что управляющий филиалом совершил мошенничество, предложив крайне привлекательные условия, включая доходность до 16% в месяц. Однако операция чиновника была проведена вне кассы, и средства вместо банка оказались у управляющего. Это привело к возбуждению уголовного дела о крупном хищении.
Позиция банка и судебные битвы
Несмотря на предъявленные доказательства мошенничества, банк занял жесткую позицию и отказался возвращать деньги, требуя признать договор недействительным. Первоначальные судебные решения поддержали банк, утверждая, что вкладчик должен был насторожиться из-за нестандартных обстоятельств завышенной доходности и отсутствие кассовой операции.
Однако дела дошли до Верховного суда РФ, который указал на законность договора банковского вклада, подчеркивая, что он считается заключенным с момента передачи денег. Это привело к отмене предыдущих решений и делу было возвращено на новое рассмотрение.
Результат судебного разбирательства
В ходе повторного апелляционного рассмотрения суд признал договор действительным и обязал банк вернуть 14 миллионов рублей с начисленными процентами. Также был присуждён потребительский штраф в размере 6 миллионов рублей и 100 тысяч рублей в качестве компенсации морального вреда.
Процесс длился около четырех лет, но завершился успешным решением для вкладчика, став важным прецедентом в судебной практике, связанной с действиями банковского персонала.